Главная » Статьи » Книги » Основы езды и выездки

Франсуа Боше. Основы езды и выездки

ОБ АТАКАХ.

Атаки, говорят писатели и учителя берейторского искусства, служат наказанием лошади, когда она не отвечает на шенкель или не идёт на предмет, которого боится. По их мнению, шпора не есть помощь, а средство наказания: я ж е полагаю, что это вспомогательная сила, без которой невозможно было бы выездить совершенно никакую лошадь. «Как?» - скажут мне, - «Вы шпорите лошадей щекотливых, пылких, полных сил и огня, лошадей, которые по энергетической своей организации способны заносить, несмотря на самые строгие удила и сильные руки?» Да, и шпорой я умерю порыв этих слишком горячих животных, и остановлю на месте неудержимое движение. Шпорой, с помощью руки, разумеется, я исправлю недостатки природы и выезжу самую неукротимую лошадь.

Ещё давно я убедился в превосходных действиях атак, но не решался излагать их, напуганный словами моего приятеля: «Это чрезвычайно, это удивительно. Но это бритва в руках обезьяны». Правда, применение атак требует благоразумия, такта и постепенности, но зато и действия их неоценимы. Теперь я не боюсь развить способ, который почитаю одним из лучших результатов моих долгих изысканий в берейторском искусстве.

Чувствительность боков у всех лошадей одинакова, как и чувствительность рта их, т.е. непосредственное влияние шпоры с самой ничтожной разницей действует одинаково на всех лошадей. Я уже доказал, что от устройства беззубого края нижней челюсти нисколько не зависит сопротивление в руке. Предполагаемая тугоуздость зависит от дурного положения, данного голове твердостью шеи и дурным строением поясницы и бёдер лошади. Чувствительность боков имеет почти тот же источник. Большая или меньшая щекотливость лошади происходит от её деятельности, порочного строения и следствия этого строения - дурного положения, когда лошадь при длинной и слабой пояснице имеет испорченный от езды зад, то всякое отступательное движение для неё трудно, и влечение, располагающее её ложиться на плечи, служит ей для избежания болезненного прикосновения шпоры. Она прибегает к этому движению всякий раз, когда чувствует приближение шенкеля всадника и, не будучи далеко чувствительной лошадью, она просто испорченное, доведённое до отчаяния, животное. Понятно, что чем больше лошадь боится шпоры, тем больше она будет бросаться из руки и тем больше будет уклоняться от повиновения. От подобной лошади нужно всего ожидать, она будет пугаться самых ничтожных предметов потому только, что ей невозможно избегать их. Т.к. страх её происходит от дурного положения, которое ей позволяют принять, то этот недостаток уничтожится по устранению производящей его причины. Нужно подчинить силы для предупреждения всякого перемещения, отделить физическую лошадь от нравственной и сосредоточить её впечатление в мозге, тогда только это бешенное животное лишено будет способности оказывать какое либо сопротивление, и обнаруживать свои необузданные порывы.

Но назначение шпоры состоит не в одном только уменьшении излишней энергии горячих лошадей; ею можно так же уничтожить влечение лошади перемещать центр тяжести слишком вперёд или слишком назад, шпору можно употреблять для возбуждения тех лошадей, у которых не достаёт огня и жизни. У горячих лошадей силы зада превосходят силы переда, у ленивых - обратно. Теперь понятна быстрота одних, леность и вялость других. Смягчением мы совершенно уничтожим инстинктивные силы лошади. Теперь мы должны заняться соединением этих сил в центре тяжести, т.е. на середине корпуса лошади, достичь этого мы можем только хорошо согласованным противодействием шенкелей и рук. Те выгоды, которые мы уже приобрели над лошадью, помогут нам преодолеть при самом возрождении своём все сопротивления, какие могли бы вывести её из прямого положения, необходимого для полного успеха этих противодействий. Необходимо приступить к делу с известным тактом и последовательностью, так, например, чтобы шенкеля не передавали лошади такого побуждения, которым рука не может тотчас же овладеть и управлять. Я постараюсь разъяснить это правило. Положим, что на шагу лошадь употребляет силу в 40 футов, чтобы сохранить правильный аллюр в минуту последующих противодействий рук и шенкелей. Вскоре следует медленное и постепенное давление шенкелей, прибавляя ещё 10 футов к побуждению аллюра. Т.к. предполагается. что лошадь совершенно в руке, то рука тотчас почувствует этот переход сил, она должна овладеть ими и обратить их к центру. Шенкеля всё это время продолжают нажимать для того, чтобы перемещённые силы не возвратились обратно, что произвело бы бесполезный прилив и отлив сил. Последствием так же направленных противодействий вскоре будет большое накопление сил на середине корпуса лошади, которое установит центр тяжести сил и чем более будут его увеличивать, тем более будет терять лошадь свою инстинктивную напряжённость. Когда давление шенкелей будет недостаточным для получения полного соединения сил, тогда нужно прибегнуть к атакам. Атаки должны производиться только тогда, когда лошадь в руке, коль скоро это получено, легко пресечь действие, производимое шенкелями в пользу равновесия, но для этого нужно употребить шпоры не разом и не размахивая шенкелями, но легко и осторожно. Всадник должен приблизить шенкель так, чтобы шпора, прежде чем коснуться боков лошади находилась бы не более одной линии от них. Лёгкие атаки, которые следует начинать, должны постоянно отзываться в руке, она должна энергически поддерживаться, чтобы представить противодействие, равное силе, сообщаемой шпорой. Посредством согласования увеличивают постепенно силу атак, пока лошадь, наконец, не будет в состоянии выносить сильнейшие из них, не оказывая не малейшего сопротивления действию руки, не увеличивая скорости аллюра и не двигаясь, если работают на месте. Выездка лошади, приученной выносить атаки, почти на 3/4 закончена, потому что тогда свободно можно располагать всеми её силами. Сверх того, центр тяжести, находясь там, где силы соединяются, будет на надлежащем месте, т.е. на середине корпуса. Все сжимания мускулов лошади, которые имеют отношение к движениям её, будут в нашей полной зависимости, и мы можем легко сообщать тяжести те перенесения, которые нам необходимы для различных аллюров. Теперь понятно, откуда сопротивления: лягается ли лошадь, подымается ли на дыбы, или заносит - причина тому постоянно заключается в неправильном положении центра тяжести. Это неправильное положение происходит от порочного строения лошади, которого нельзя переделать, но действия, которого всегда можно изменить. Когда лошадь лягается, то центр тяжести её на плечах, когда свечит - то на крупе, когда лошадь несет, то слишком впереди от центра корпуса. Итак, всё внимание всадника должно быть обращено на сохранение центра тяжести на середине корпуса, потому что тогда он избегнет сопротивления и направит силы лошади на нужное место, т.е. на то, какое они должны занимать при хороших организациях. Следовательно, говоря о необходимости дать лошади новое равновесие, чтобы предупредить её сопротивления и придать красы безобразным формам, я понимаю под этим сочетание сил, о которых я говорил, или лучше сказать, перенесения центра тяжести с одного места на другое. К получению этого результата должна клониться выездка лошади, и коль скоро он достигнут берейтором, то дарование его не подлежит сомнению. Хорошо используемое применение сил всадника оказывает на лошадь так же и нравственное влияние, ускоряет результаты. Если побуждение переданное шенкелями, встречает в руке энергию и искусство, необходимые для правильного его направления, то боль, испытываемая лошадью, будет всегда пропорциональна её сопротивлению и собственный инстинкт заставит её вскоре понять, как можно уменьшить и даже избавиться от этого противодействия, быстро уступая тому, что от неё требуют. Следовательно, она поспешит подчиниться требованию и даже предупредит наше желание. Но только тактом, постепенностью и умеренностью можно добиться такого важного успеха. При слишком сильном действии шенкелей лошадь скоро овладеет действиями руки и примет вновь своё естественное положение, а вместе с тем и те преимущества, какие оно даёт дурным её наклонностям к обессиливанию всадника. Если же напротив, рука представляет слишком сильное сопротивление, то лошадь вскоре пересилит шенкель и найдет в этом положении средства к защите. Когда лошадь будет приучена атаками к такому противодействию, то шпорой легко будет преодолеть все сопротивления, какие могли бы ещё оказаться. потому что причина этих сопротивлений заключается только в передвижениях или отдалениях крупа: шпора же, подводя задние ноги под корпус лошади (под середину), уничтожает натянутое состояние скакательных суставов, которое могло бы препятствовать правильному отношению сил и хорошему распределению тяжести. Это средство я употребляю чтобы мгновенно остановить лошадь на прибавленном галопе, не вредя её скакательным суставам и заду. Объясним это: т.к. действием скакательных суставов лошадь подвигается вперёд, то достаточно уничтожить это действие, чтобы остановить её. Шпора, подводя мгновенно задние ноги под перед, уничтожит их действие, если рука поспешит вовремя, чтобы удержать лошадь в этом положении. Если же, напротив останавливать лошадь прямо влиянием руки, тогда скакательные суставы будут отдалены и останутся за отвесной линией, неминуемо последует сильный толчок, тягостный для лошади и вредный для ее организма.

Атаки не должно начинать прежде, нежели лошадь введена в руку посредством согласования, тогда только должно быть сделано первое прикосновение шпорой. Для лошадей очень раздражительных следует употреблять мягкие шпоры и только после самого сильного нажатия шенкеля; полезно заниматься с такими лошадьми только применением шпор, т.е. приучать их свободно отвечать на атаки, производя их вначале только на месте и на шагу, не требуя ничего более. Такое благоразумное употребление шпоры даёт непосредственные и прочные результаты; но чтобы оно принесло существенную пользу, надо достигнуть равновесия лошади. Шпору употребляют до тех пор, пока лошадь не перестанет оказывать сопротивления руке и станет избегать давлению мундштучных удил, приближая сама собой свой подбородок к груди. Когда это повиновение достигнуто, атаки могут направляться на противодействие, т.е. против сопротивлений, но когда лошадь войдёт в руку, следует тотчас же прекратить их. Это средство имеет двойную пользу, оно действует морально и физически. Первые атаки производятся одной только шпорой при выдержке противоположного повода, эти крестообразные действия самые правильные и дают самые быстрые результаты. Когда лошадь будет повиноваться попеременному действию шпор, тогда можно приучать её и прикосновению обеих шпор вместе, но с одинаковой постепенностью.

СПУСК РУКИ.

Спуск руки совершенствует лошадь в лёгкости, он заставляет её сохранять равновесие без помощи поводьев. Гибкость, данная всем частям лошади, правильное противодействие рук и шенкелей удерживает её в возможно лучшем положении. Чтобы убедиться в действительности этого результата, нужно часто прибегать к спуску руки. Вот как это делается: проведя правую руку до оконечности поводьев и убедившись в равновесии их, послабляют их в левой руке, правая же медленно опускается с поводьями к передней луке седла. Чтобы спуск руки был правилен, нужно, чтобы лошадь не прибавляла и не уменьшала своего аллюра, и чтобы голова и шея её постоянно находились в правильном положении. В первые разы, когда лошадь, таким образом предоставлена собственному произволу, она, может быть, сделает только несколько шагов, сохраняя тоже положение и ту же степень скорости, для поддержания их всадник должен действовать сначала шенкелями, а потом рукою; частое повторение спуска руки вследствие лёгкости сообщит лошади такт, а всаднику самое тонкое чувство. Средства управления им употребляемые, тотчас же возымеют своё действие, если только силы лошади предварительно подготовлены к совершенному согласованию. Спуск руки должен делаться сначала на шагу, потом на рыси и затем на галопе. Эта обманчивая свобода сделает лошадь до того доверчивою, что она бессознательно придет в повиновение и вполне подчинится нашему влиянию, полагая, что пользуется безусловной независимостью.

О СОБИРАНИИ.

Предшествующая работа облегчает всадника в достижении важного предмета в верховой езде - собирании. Ложные правила, которым следовали в этом случае, сделали из лошади игрушку и жертву невежества всадника.

Для собирания требуется:

I. Частое и общее смягчение бёдер и шеи.

2. Полное подбирание, проистекающее из этих смягчений.

3. Совершенное овладение всадником силами лошади посредством атак.

Собирание составляет одно из неизбежных условий выездки лошади. Как определяется собирание в берейторских школах: «Собирают лошадь, поднимая руку и держа её в шенкеле». К чему послужит такое положение всадника, если под ним животное дурного сложения, неразвитое и имеющее все природные недостатки? Это машинальное действие рук и шенкелей, не приготовляя лошадь к повиновению, может только удвоить сопротивление, потому что, предупреждая лошадь о требуемом от неё движении, не имеет возможности расположить ее силы таким образом, чтобы принудить её повиноваться. Собирание состоит в соединении сил в центре лошади для облегчения обеих конечностей и совершенно подчиняет их влиянию всадника. Собирание, оказывается, ещё наглядно приближает задние ноги лошади к центру её таким образом, я устанавливаю несколько родов собираний, необходимых для лёгкости и точности аллюров, а также для некоторых манежных упражнений. Для большей ясности я принимаю следующий масштаб:


Прежде, чем лошадь может быть подвергнута действию собирания, она должна быть совершенно в руке и привыкнуть к атакам, тогда легко будет убавить ход передних ног и увеличить ход задних. Первоначальное действие собирания, подводя задние ноги лошади до степени 1,2,3 - полезно для ровной и большой рыси и для умеренного галопа. Такого рода собирание может получиться работая на шагу сильно нажимаемыми шенкелями и отчасти слабыми атаками, причем рука должна уничтожить напряжённости, вредные равновесию. Употреблением этих средств должно достигнуть того, что задние ноги лошади приобретут более проворства, нежели передние. Что же касается до собирания более полного в котором задние ноги должны достигнуть степеней 4, 5, 6, 7 – то нужно поступить следующим образом. Для достижения его должно остановить лошадь и, увеличивать противодействия рукой и шенкелем или шпорой до возможной степени подвижности задних ног, не подаваться вперёд, или же подаваться весьма незаметно, затем удержать лошадь в этом положении действием согласования. Частое повторение этого способа нечувствительно приведёт к совершенному собиранию, естественные следствия которого: отчётливое, мерное и укаданскрованное пиаффе. Если лошадь сложена хорошо, то собирание получится легко, вскоре после значительных берейторских трудностей, от него зависящих. Остаётся узнать, есть ли возможность преодолеть их с лошадью посредственного строения? Т.е. с такою, которая имеет какой-нибудь из следующих недостатков: короткий зад, длинную и слабую поясницу, низкий или высокий по отношению к холке круп, тощие ляжки, более или менее согнутые скакательные суставы, слишком близкое или далёкое расположение их, а также слишком большая или недостаточная деятельность их. Такого рода лошади представляют значительные трудности, но зато тот, кто сумеет преодолеть их, докажет, что он не только искусный, но и даровитый берейтор.

Чувствительность рта у всех лошадей одинакова, а слабость поясницы и дурное расположение зада лошади - единственные причины оказываемых сопротивлений. Действительно, если длина поясницы, удаляет задние ноги лошади от места, которое они должны занимать для правильного движения, то сгибания и вытягивания скакательных суставов, принимающих тяжесть и подающих её вперёд могут производиться лишь с трудом. Чтобы помочь этим неудобствам, делающим всякое хорошее обучение невозможным, должно прибегать к первоначальным действиям собирания, коль скоро ввод в руку получен, в этом случае задние ноги лошади должны приближаться к центру и находиться на месте, занимаемом обычно лошадью, хорошо сложенной. Почему некоторые лошади противятся шеей и челюстью? Потому что поясница, бёдра и скакательные суставы действуют неправильно, препятствуя перенесению тяжести, что производит движение. Это правило подтверждается тем, что чем больше лошадь имеет от природы лёгкости и подвижности в челюстях, тем совершеннее её строение; в этом случае разумеются все части её, как нельзя более способные получить непосредственное полное равновесие: равным образом полное собирание, лёгкое для хорошо сложенной лошади, неимоверно трудное для посредственно сложенной, потому что, чем более лошадь будет подавать задние ноги вперёд, тем затруднительнее будет становиться движение, необходимое для сгиба их, что производит подъём. Следовательно, подобного рода лошади и представляют затруднения при выполнении сложной и отчётливой работы; конечно, нельзя сказать, чтобы невозможно было достигнуть результата, но средства, которые следует притом употреблять, должны быть строго методические и надо владеть большим тактом, скажу также, что такая задача не будет иметь вовсе успеха, если всадник не будет следовать моей методе в малейших ее подробностях и в полном объёме. Дурно сложенная лошадь, которую заставляют исполнять трудности, не совсем красива на взгляд людей, не занимающихся берейторским искусством, но зато хороша в глазах сведущих. Полное собирание, т.е. то, которое подводит задние ноги лошади к степеням 4,5,6,7, служит для пиаффе, для пассажей вперёд и назад, для укороченного галопа вроде шер-а-шер, для обыкновенных пируэтов, для галопа назад и прочее. При всех возвышенных движениях оно необходимо потому что, в этом положении скакательные суставы гнутся снизу вверх гораздо легче, нежели сзади наперёд, это доказывает, что для лошади вполне собранной, даже сложные движения совсем незатруднительны и не делают вреда ее строению; позы её всегда верны, точки опоры точны и движения всегда приятны. Собранная лошадь - те же весы, стрелка которых всадник. Малейший перевес на ту или другую конечность, заменяющих чашки, заставит их следовать направлению, которое желает им дать. Всадник поймёт, что собирание совершенно, когда он почувствует, что лошадь готова, так сказать, подняться на воздух. Этой-то работой придаётся лошади блеск, грациозность, величие, она преображается совершенно. Если мы действовали сначала шпорой для полного сосредоточения сил, то впоследствии будет достаточно одних шенкелей, чтобы собрать лошадь, как это требует каданс и подъём всех сложных движений.

ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ ВСАДНИКОМ СИЛ ЛОШАДИ (продолжение)

О ГАЛОПЕ.

Я обращаясь к большинству всадников: или лошадь находится под влиянием ваших сил и подчинена вам совершенно, или же вы в борьбе с нею. Если, галопируя, она уносит вас, то это доказательство, что она располагает ещё слишком большой частью своих инстинктивных сил. Перемена ног при подобных условиях исполняется только перекидываниями, что затрудняет и обезображивает движения. Если же лошадь без посредничества и помощи всадника не может напрягать ни одну из своих частей, тогда он по собственному произволу управляет совокупностью сил лошади, распределяет их тяжесть на ту или другую часть а, следовательно, легко и скоро заставит исполнить перемену ног. Если лошадь, прежде чем поднимется в галоп, приведет в напряжённое положение одну из своих конечностей а, следовательно, и шею, то такая польза от помощи того или другого шенкеля всадника, или обеих вместе, для побуждения лошади к движению с правой ноги? Ясно, эти средства останутся безуспешны, пока не обратятся к источнику сопротивления с тем, чтобы преодолеть и уничтожить его. Только мягкость и лёгкость могут облегчить исполнение. Если принуждённость какой-либо части лошади располагают её начать галоп с левой ноги, а мы хотим, чтобы она шла с правой, то должно употребить две силы с одной стороны. Например, левый шенкель и левую руку; назначение первого дать побуждение к движению, а второй - преодолеть противное влечение лошади. Но когда лошадь, совершенно гибкая и собранная, действует только по побуждению, передаваемому ей всадником, то чтобы заставить ее идти с правой ноги, всадник должен поставить её в положение, требуемое движением, располагая в то же время силы её таким образом, чтобы они служили для поддержания её равновесия. Для этого он берёт руку влево и нажимает правым шенкелем. Отсюда видно, что средство, о котором я говорил прежде, полезное для лошади не вполне согласованной, было бы вредно для лошади, силы которой расположены правильно, потому что оно нарушило бы согласие этих сил.

Нет системы для исключительного употребления того или иного шенкеля при подъёме в галоп, но первое условие состоит в сохранении лошади гибкой и лёгкой, т.е. собранной, затем должно употреблять тот или другой двигатель, смотря потому, сохраняет ли лошадь при начале движения должное положение или хочет его избегнуть. Нужно так же быть уверенным, что сила даёт положение лошади, но что только от положения зависит правило.

Частый переход из галопа с правой ноги в галоп с левой ноги, останавливая лошадь перед переменой ноги, вскоре приучит её менять в один темп. В особенности следует избегать слишком резких движений, которые только сбивают лошадь и заставляют её терять лёгкость. Вспомним, что эта лёгкость, которая должна предшествовать всем переменам аллюра и поворотам, делающая приятными, свободными и неизбежными все движения - есть главное условие, которого мы прежде весте должны стараться достигнуть.

О ПИАФФИРОВАНИИ.

Можно заставить всякую лошадь пиаффировать. При этом можно исправить недостатки и изменить порочное расположение, происходящее от дурного строения. Лошадь, у которой силы и тяжесть соединены на одной из её конечностей, не в состоянии красиво и ровно исполнять пиаффе, но постепенная работа и собирание позволят нам устранить и это неудобство. Мы можем соединить две силы на середине тела лошади и подвести задние ноги более или менее к центру. Это и составляет собирание лошади, которое позволяет лошади выполнить пиаффе и соблюдает все необходимые условия для его красивого исполнения и исполнения вообще всех движений высшей школы, к которой принадлежит перемена ноги в один темп и в темп. Для правильности и красоты пиаффе необходимо, чтобы ноги лошади, движущиеся диагонально, поднимались и опускались на землю вместе в сколь возможно большие промежутки времени. Животное должно одинаково налегать как на руку, так и на шенкель всадника, чтобы равновесие было совершенно соблюдено. Когда центр сил, таким образом, находится на середине корпуса, и когда лошадь совершенно собрана, достаточно, для достижения пааффирования сообщить лошади шенкелями лёгкое, но часто возобновляемое сотрясение. Под словом сотрясение я понимаю возбуждение жизненных сил лошади, переходящее за пределы обыкновенного. Достигнув этого, дают лошади идти шагом, всадник же постепенным прикосновением шенкелей возбуждает слегка деятельность животного. Рука в это время должна согласоваться с шенкелями, действуя в те же интервалы, для того, чтобы эти оба двигатели, действуя совокупно, поддержали ряд едва заметных движений и произвели легкое напряжение, которое дольше распространиться по всему телу лошади. Продолжающееся возбуждение совокупности сил сообщает конечностям подвижность, вначале неправильную, потому что избыток деятельности, который требуется этой новой работой, мгновенно расстраивает согласное отношение сил. Но это общее действие необходимо для приобретения даже неправильной движимости, потому что без этого движение было бы беспорядочно и не было бы согласия в движущих силах. В первые дни достаточно незначительной движимости в конечностях, приём следует останавливать лошадь каждый раз, как только она поднимет и опустит ноги, не подвигая их слишком вперёд, для того чтобы поласкать её, ободрить голосом и таким образом успокоить чрезмерное возбуждение, порождённое в ней требованием, цели которого она ещё не понимает. Эти ласки должно употреблять с разборчивостью и только тогда, когда лошадь хорошо выполнит требуемое, в противном случае они более вредны, чем полезны, своевременная отдача руки и шенкелей ещё важнее: она требует большого внимания всадника. Когда ноги лошади получают необходимую движимость, можно приступить к уравнению и соразмериванию её каданса. Помощью нажимания то одного, то другого шенкеля попеременно, всадник может продлить боковые продвижения (балансировки) корпуса лошади, выдерживая её на той или другой стороне. Он должен пользоваться минутой, когда лошадь готовится поставить переднею ногу на землю, чтобы дать ей почувствовать нажимание шенкеля с той же сторону и помочь наклонению лошади в туже сторону. Если этот момент удачно схвачен, лошадь будет балансировать медленно и каданс получит тот высокий подъём, от которого зависят красота и величие. Эти своевременные нажимания шенкелем трудны и требуют большой практики, однако результаты их слишком блистательны, чтобы всадник не должен был стараться уметь употребить их вовремя. Быстрое движение шенкелей всадника ускоряет пиаффе. Следовательно, от всадника зависит большая или меньшая скорость каданса. Исполнение пиаффе только тогда блестяще и полно, когда лошадь исполняет его охотно, а это бывает, когда силы сохраняют связь и энергию, и когда положение сообразно с требованиями движения. Итак, крайне нужно знать употребление силы, необходимой для исполнения пиаффе, чтобы не переходить за ее пределы, в особенности же надо заботиться о сохранении собирания, которое даже одно в состоянии произвести движение без большого усилия.

РАЗДЕЛЕНИЕ ТРУДА.

2 месяца занятий по 2 урока по получасу в день, т.е. 120 уроков, достаточны, чтобы научить молодую лошадь правильному исполнение всех предшествующих упражнений. Я нахожу необходимым 2 урока в день для приобретения превосходных результатов. В молодой лошади поселяют отвращение, занимая ее слишком долго упражнениями, которые её утомляют, тем более, что способности ее недостаточно подготовлены, чтобы понимать всё, что от неё требуют. С другой стороны промежуток в 24 часа между уроками слишком продолжителен, чтобы лошадь была в состоянии на следующий день припомнить то, что она поняла накануне.

ПЕРВЫЙ УРОК (8 дней работы)

Первые 20 минут этого урока посвящают работе на месте для нагибания челюсти и сгибаний шеи. Всадник сначала пешком, а потом верхом должен упражнять лошадь в указанной мной постепенности. В последние 10 мин. он заставляет лошадь идти шагом, не обращая внимания собственно на аллюр, но стараясь держать голову её в подобранном положений. Он должен сделать одну перемену направления, чтобы ездить столько же налево, сколько и направо, на 4-ый или 5-ый день всадник перед движением лошади занимается первоначальной выработкой крупа.

ВТОРОЙ УРОК (10 дней работы).

Первые 15 мин. должно употреблять на смягчение на месте, включая и выработку крупа. Потом начинает осаживание. Другая половина урока посвящена езде по прямому направлению, заставляя лошадь один или два раза идти самой малой рысью. Во второй половине этого урока всадник, продолжая обращать внимание на подбирание лошади, приступает я противодействию рук и шенкелей, чтобы подготовить лошадь выносить согласование и дать правильность её аллюрам. Также должно начинать повороты на шагу сохраняя подбирание головы и стараясь, чтобы при повороте голова и шея лошади постоянно предшествовали другим её частям.

ТРЕТИЙ УРОК (12 дней работы).

6-8 мин. должны быть употреблены для нагибаний и сгибаний на месте,

выработка зада должна быть доведена до возможности исполнения полных обратных пируэтов. Затем следует осаживание, остальная часть урока посвящается усовершенствованию шага и рыси, причём на последнем аллюре делают повороты. Всадник должен часто останавливать лошадь и внимательно следить за сохранением подобранного положения во время перемены аллюра или направления.

Также начинают движение двумя следами на шагу и круговращение плеч вокруг

бёдер.

ЧЕТВЁРТЫЙ УРОК ( 15 дней работы ) .

После 5 мин. посвященных смягчениям на месте, всадник должен повторить все упражнения предыдущего урока; затем приступают к атакам на месте, чтобы упрочить подбирание лошади и подготовить её к собиранию. После того возобновляют атаки на ходу и, когда лошадь будет выносить их терпеливо, переходят к галопу. Для начала довольствуются 4 ли 5 шагами и переходят в шаг, потом снова поднимают в галоп, но уже с другой ноги, конечно, в том случае, если расположение лошади не требует, чтобы ее упражняли в галопе с одной ноги более, чем в галопе с другой. Переходя с галопа, в шаг нужно стараться, чтобы лошадь не рысила и сохраняла легкость головы и шеи. Упражнения галопом должны производиться только в конце каждого урока.

ПЯТЫЙ УРОК (15 дней работы).

Эти 15 дней употребляются для доведения до отличного выполнения предшествующих упражнений и усовершенствования галопа до такой степени, чтобы лошадь на этом аллюре могла легко выполнять все повороты, перемены ноги в темп и упражнения двумя следами. Затем можно начать упражнение лошади через ров и барьер, и в пиаффировании. Таким образом, за 2 месяца мы достигли того, на что раньше требовалось несколько лет и всё-таки получались несовершенные результаты. Само собой разумеется, что при распределении занятий я основывался на общих наклонностях лошадей.



Источник: http://www.horseline.ru/article.php?chapter=book&article=60&page=all
Категория: Основы езды и выездки | Добавил: Bagira (10.07.2011)
Просмотров: 699 | Теги: Основы езды и выездки, Франсуа Боше | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]